Previous Entry Share Next Entry
когда я пишу тебе
masha_zaitseva

<…перед ней была подруга. старая, еще со школы. подруга, которую Она уже вроде давно списала со счетов. не звонит, больше всех обижается, выходит замуж и совсем не интересуется ее жизнью. 
они пили кофе. слишком шумно, чтобы поговорить по душам. подруга опустила мокрые от слез глаза и стеклянно смотрела на кофейные пятна на желтом столе.
  -я болею, - начала она. в руках дрожала кружка, с усилием подбирались фразы. а дальше слова, которых уже не было слышно. в кафе не осталось никого, кроме опухоли, химиотерапии, приезда лечиться, незнания. все случилось так быстро, так стремительно. 
в секунду Ее, независимую, сильную, не думающую о друзьях, как будто разорвало на части, на атомы. и каждая клетка ее тела взвыла от боли и сожаления, от стыда и отвращения к своей великолепной, самовлюбленной натуре. сравнимо только с ощущением, когда очень долго игнорируешь просьбы близких к ним приехать, навестить, а их потом резко раз.. и нет. и ломающее каждую кость чувство вины не пропадает.
  боже. как же противно ей было быть собой. Она так стремительно желала оставить всех позади, что это стало почти навязчивой идеей. год за годом коварное, смертельное безразличие отпугивало от нее людей, любящих ее людей. Она не видела, или видела, но было все равно. «так нужно». словно пелена на глазах, которая помешала  быть рядом, помочь близкому, который когда-то, пусть и давно, был рядом с ней.
внутри что-то громко, почти оглушающее кричало, сердце обливалось густой кровью и бешено билось. подруга смотрела на нее пронзительно и укоряющее, а потом исчезла. Она еще долго кричала, плакала, звала на помощь, пока не поняла, что сидит на кровати, схватившись за голову.
Она резко встала, подошла к окну и закурила. город погряз во мгле. этот город умер так же, как и она в бездне нелепых оправданий, ошибок и последствий.
куда делась любовь, благодарность, готовность слушать и помогать. внутри кипела лишь масса предрассудков, принципов, озабоченность желаниями и стремлениями. каждому человеку на собственной ярмарке уродов Она отводила свое место. либо что-то, либо ничто. Она никогда не хотела быть такой. цинизм разъедал ее изнутри, а она мирилась с этим как с неизлечимой болезнью. кроме нее когда-то давно существовал только один Человек. 

Она взяла телефон.
хотела, но не смогла.
ожившая и выкопавшая себя из могилы гордость встала в позу. мол, справляйся сама. но так хотелось увидеть то плечо, уткнувшись в которое она, будучи в душе маленькой и беззащитной, всего однажды чувствовала себя в безопасности. она просидела на окне всю ночь, каждые полчаса радуя легкие ядовитым отравляющим дымом.
«что я сделала».

не хотела. но смогла...>


?

Log in